И каждая отрасль промышленности, как командующий армией, созывала под свои знамёна целый строй необученных людей и превращала их как бы в послушное орудие. Иными словами, масса людей разного возраста и положения участвует в осуществлении грандиозного проекта. Широкие огненные замыслы Перикла также притягивали в Афины бесчисленных иностранцев разнообразных специальностей. Перикл ведь умел прекрасно организовать сотрудничество всех ремесленников. Казалось, никто не был ни минуты без дела, каждый всем сердцем был увлечён ритмом большого совместного труда. Там не было ничего из современной лихорадочной механизированной спешки: в спокойном, планомерном течении работы, где самый высокий мастер и самый простой каменщик сплачивались в радости общей ответственности, мелкие детали изготовлялись с таким же мастерством, прикосновением руки, овеянной внутренней энергией, как и всё монументальное целое. Потому здесь происходит чудо — зажжённые Периклом и Фидием, все ремесленники стремились наперебой поднять свое ремесло до степени искусства. “Особенно заслуживающая внимания, — рассказывает дальше Плутарх, — была скорость завершения построек. Все работы, из которых каждую, казалось, могли окончить только несколько поколений за несколько веков, была завершена в короткое время, когда государством блестяще правил один человек.”
Вместе с тем, грандиозное строительство стало истинной школой красоты не только для участников этой большой эпохи, но также для будущих поколений Эллады. И в наше время, для ищущих гармонию в красоте, она остаётся источником возвышенных вдохновений.
Однако стремления Перикла простирались ещё дальше и становились всё шире. Свою созидательную работу он не ограничивал только произведениями искусства и общественными постройками. В государстве культуры нужно было также возродить дух, поднять уровень сознания граждан. Как сказал Конфуций, — настоящий вождь народа может поднять и духовный уровень народа, и морально перевоспитать каждого. Перикл же был идеальным вождём в высочайшем значении слова, этически гармоничной индивидуальностью, который своим благородным примером мог быть воспитателем народа. Фукидид подчёркивает мощный ум Перикла и благородство его характера. Его большое влияние на народ достигалось не столько красноречием, сколько доброй славой его жизни и преданностью ему. Он не был доступен подкупу, “его руки всегда оставались чистыми”; во время своего правления он ни на одну дхарму не умножил собственности, унаследованной от своего отца, хотя и был могущественнее многих королей. Напротив, сколько мог, он помогал бедным гражданам. Он не искал благосклонности народа, в противоположность своему большому противнику, вождю партии аристократов, Кимону, который разными материальными посулами пытался подкупить согласие народа. Он, напротив, собственным достоинством и огнём сердца умел противостоять взбешённой толпе. По форме правления он был демократическим правителем, но, по существу, правил как первый человек государства.
