Номера журнала
Анонс
 
Защитите имён выдающихся деятелей
Авотина Милада Павловна
Кандидат физико–математических наук

Духовный путь Марии Склодовской-Кюри

Идя различными путями, Пьер и Мари приходят к одной и той же позиции уклонения от славы. Обе души, как и оба мозга, одного внутреннего склада.

Каждый день приносит всё новые обязанности. 1904 год окажется крайне тяжёлым, в особенности для Мари, из-за беременности. Тяжёлая беременность. Мари ничто не мило. Трудные и долгие роды. 6 декабря 1904 года родится пухлый ребёночек с чёрными волосиками. Опять девочка: Ева, будущий биограф супругов Кюри. Мари, на одну минуту пошатнувшись, снова налаживает свой крепкий шаг. И вновь вступает на тернистый путь.

Даже в дни, насыщенные работой, Мари уделяет время заботам о детях. Вечера супруги большей частью проводят дома. Но их видят и на художественных выставках, а семь-восемь раз в год они бывают на концертах и в театре. Супруги Кюри избегают приёмов и не бывают в свете. Но не всегда удается отделаться от официальных обедов или банкетов.

Мари невежественна в модах и какая-нибудь светская особа посмотрела бы на неё с жалостью. Но скромность, сдержанность, присущие её характеру, спасают Мари от зоркого наблюдателя и создают как бы особый стиль в её внешности. Когда она снимает свою лабораторную одежду, действительно не во всем эстетичную, и надевает светский «туалет», зачёсывает свои пепельные волосы и робко окружает шею филигранным золотым колье, Мари изысканна. Тонкий стан, вдохновенное лицо сразу обнаруживают свою прелесть. В присутствии Мари, с её высоким лбом и выразительным взглядом, другие женщины хотя и не теряют своей красоты, но порой выглядят не такими и ограниченными.

Для Кюри наступает новая эпоха. Франция, наконец, заметила их и намеревается поддержать их работы.

Первой и непременной ступенью должно быть вступление Пьера в Академию наук. 5 июля 1905 г. он избирается в Академию, но... 22 академика всё же голосовали за его конкурента.

Из писем Пьера Кюри:

«... Что поделаешь? В этом учреждении ничего нельзя сделать просто, без интриг. Кроме хорошо подготовленной против меня кампании сыграло свою роль отрицательное отношение ко мне со стороны клерикалов и тех, кто находил, что я сделал слишком мало официальных визитов. С. спросил меня, кто из академиков будет голосовать за меня, я ответил: "Не знаю, я не просил их об этом". – "Ага, вы не снизошли до того, чтобы просить!" И был пущен слух, что я "гордец".

... В понедельник я был в Академии, но откровенно спрашиваю себя, что мне там делать. Интерес самих заседаний ничтожный, я прекрасно чувствую, что эта среда чужда мне.

... Я ещё не постиг, для чего нужна Академия».

Скаредное правительство в конце концов находит для Пьера Кюри место профессора, но две неудобные и слишком маленькие комнаты удалось выбить с большим трудом. Из постановлений министерства только одно доставило Кюри удовольствие. У Пьера будут три сотрудника: адъюнкт, ассистент, препаратор. Адъюнктом назначена Мари. До сих пор присутствие этой женщины зависело от милости декана института. Работы по исследованию радия Мари проводила, не имея никакого звания и не получая никакого жалованья. Только в ноябре 1904 года прочное положение с оплатой в две тысячи четыреста франков в год впервые дало ей законное право входить в лабораторию своего мужа.

Прощай, сарай!

Супруги переносят на улицу Кювье свою аппаратуру.

«Мы, мадам Кюри и я, работаем над точной дозировкой радия путём измерения выделяемой им эманации», – записывает Пьер Кюри 14 апреля 1906 года.

«Мы, мадам Кюри и я, работаем...» Эти слова, написанные Пьером за пять дней до смерти, выражают всю сущность и красоту их неразрывного союза. Каждый шаг в их работе, всякое разочарование и каждая победа лишь теснее связывают друг с другом мужа и жену. Между этими равными, взаимно любящими людьми царит непринуждённое товарищество в работе, что, может быть, является наиболее тонким выражением их чувств.

19 апреля 1906 года Пьер погибает под колёсами грузовой фуры.

Было бы банально, даже пошло доказывать, что внезапная катастрофа может навсегда изменить человека. Тем не менее, решающее влияние на характер Мари этих минут, когда она узнала о смерти мужа, нельзя обойти молчанием. Мари Кюри не просто превратилась из счастливой молодой женщины в неутешную вдову. Переворот лежал гораздо глубже. С того момента, как два слова: «Пьер умер» – дошли до её сознания, покров одиночества и тайны навсегда лёг на её плечи. В этот апрельский день мадам Кюри стала не только вдовой, но и глубоко одиноким, человеком.

Союз Пьера и Мари Кюри был настолько совершенным, что теперь Мари ощущала одиночество как внезапное погружение в полнейшую пустоту.

Немыслимо трудно вообразить, как много, беспощадно много, потеряла Мари. Лишь слабое представление о величине потери можно получить из речи Анри Пуанкаре на траурном заседании в Академии наук:

«Все, кто был знаком с Пьером Кюри, знают, какой приятной, какой надёжной была всякая связь с ним, каким тонким обаянием веяло от его кроткой скромности, его чистосердечной простоты, от его утончённого ума.

Кто бы мог подумать, что под этой мягкостью была скрыта непримиримая душа? Он не мирился ни с какими отклонениями от тех благородных принципов, в которых был воспитан, от того нравственного идеала, какой ему внушили, идеала безусловной чистоты души, возможно, слишком возвышенного для мира, в котором мы живём, ему было неведомо множество мелких уступок совести, какими потворствуем мы нашу слабость. Вместе с тем служение такому идеалу он никогда не отделял от идеала своей преданности Науке и дал блестящий пример того, что самое высокое понятие о долге может исходить из простой и чистой любви к истине. Совсем не важно, в какого бога верят люди: чудеса творит не бог, а сама вера».

Все эти черты характера, это отношение к людям и своему делу присущи и Мари. Вот почему французские учёные высказывают декану факультета своё твёрдое мнение: Мари – единственный французский физик, способный продолжать работы, начатые ею вместе с Пьером. Мари – единственный профессор, достойный наследовать Пьеру Кюри. Мари – единственный руководитель лаборатории, способный заменить Пьера. Надо отбросить традиции и привычки и назначить мадам Кюри профессором Сорбонны.

Под влиянием учёных официальные власти делают широкий, великодушный жест. 13 мая 1906 г. совет факультета естествознания решает сохранить кафедру, созданную для Пьера Кюри, и передать её Мари, присвоив ей звание профессора.

Впервые на должность профессора во французской высшей школе назначена женщина.

Её свёкор обстоятельно излагает Мари все трудности той задачи, какую предстоит взять на себя, но она слушает рассеянно и отвечает только одним словом: «Попробую».

Фраза, некогда сказанная Пьером, приобретает силу его морального завещания и определяет дальнейший путь Мари: «Что бы ни случилось, хотя бы рассталась душа с телом, надо работать».

 
Версия для печати

Актуальные конкурсы на портале Музеи России
Лента предоставлена порталом Музеи России
Матариалы и пожелания направляйте по адресу news@museum.ru