Под сенью церковных куполов и шпилей фундаментальное изначальное Учение из цели трансформировалось в средство, которое церковные пастыри стали использовать в своих земных, далеких от благочестия интересах. "После Августина (IV - V вв. - Л.Ш.) - отмечено в одной из книг "Живой Этики", - церковь начала погружаться в тьму средневековья и Христос оказался запертым золотой преградой" (Листы Сада М., Озарение, 2. III. 18).
В течение веков шла скрытая борьба между Учением и церковью, между богом и людьми, отягощенными злом и грехом, между духом и материей. Суть этой борьбы гениально передал Федор Достоевский в своей притче о Великом Инквизиторе в романе "Братья Карамазовы". Эту притчу рассказывает Алеше Иван Карамазов. Вымышленная ситуация встречи Великого Инквизитора с пришедшим вновь на землю Христом раскрывает всю мрачную глубину отхода церкви от Учения Великого Учителя. Заключительные слова инквизитора дают ясное представление о трагической судьбе самого Учения.
"Повторяю тебе, - говорит Инквизитор, кончая свой монолог перед Христом, - завтра ты увидишь это послушное стадо, которое по первому мановению моему бросится подгребать горячие угли к костру твоему, на котором сожгу тебя за то, что пришел нам мешать. Ибо если был, кто всех более заслужил наш костер, то это ты. Завтра сожгу тебя. Dixi" (Ф.М.Достоевский. Собрание сочинений. М., 1958, т. 9, стр. 327). Приговор окончательный и обжалованию не подлежал. С помощью святой инквизиции конфликт между Учением и церковью разрешился в пользу последней. Инквизиция, по главной своей сути, являлась инструментом тоталитарного конфессионального мышления. Она вводила единомыслие, карала инакомыслие и строго охраняла церковную монополию на связь с Высшим.
4. Реальность Космоса
Любое проявление человеческой мысли рассматривалось церковью как нарушение ее "священной" монополии. Кострами и пытками она стремилась остановить тот энергетический процесс, который зарождался в недрах религиозного сознания позднего европейского средневековья, сквозь темные, отживающие пласты которого уже пробивались первые ростки иных представлений и иных знаний. Эти знания текли из сокровенных источников Востока, их приносили рыцари-крестоносцы, ходившие в запредельные страны защищать гроб Господен. Вернувшись домой они создавали тайные ордена, в замковых библиотеках которых хранились древние рукописи, повествующие об иных космогонических и Высших представлениях, чем те, о которых писали и говорили ортодоксальные и полуграмотные отцы церкви. Время от времени магистры этих орденов горели на кострах, но это не могло остановить процесс складывания нового мышления, которое впоследствии назовут научным. Его носители пройдут через пыточные камеры и огонь инквизиционных костров. Джордано Бруно, Коперник, Галилей... Именно они раскрывали всю грандиозность Беспредельности, говорили о небесной механике, высказывали "еретические" мысли о том, что земля круглая и она вертится.
