В 1988 г. А.Гангнус причислил одну из интереснейших книг Живой Этики - "Общину" к "первичным документам новой религии". Написанная в 1926 г., "Община" была книгой-предупреждением, касавшейся многих вопросов обустройства нашего государства, мимо которой, к сожалению, прошли тогдашние руководители страны.
В условиях зарождавшегося противостояния между религиозным и научным мышлением, сопровождавшегося перестроечным ослаблением идеологического пресса, формировалось то рериховское культурное движение, которое мы теперь знаем.
Борьба между религиозным и научным мышлением неизбежно затронула и его. В его глубинах стала складываться, пока еще немногочисленная, группа ученых, которые хорошо понимали, что идеи Живой Этики, реализовавшись через науку, должны лечь в фундамент нового планетарного мышления XX века. Необходимы были для этого научные исследования той суммы знаний, которые присутствовали в книгах Живой Этики. Эту группу, несомненно, усилила, появившаяся по инициативе Святослава Николаевича Рериха, организация, сначала называвшаяся Советским Фондом Рерихов, а затем Международным Центром Рерихов. Получив в 1990 г. из рук Святослава Николаевича наследие Н.К. и Е.И. Рерихов, Центр за несколько лет своего трудного и немирного существования в изменяющейся стране, сумел развернуть культурную, научную и просветительскую деятельность, которая несомненно укрепила научное направление в рериховском движении. Все это происходило на фоне обвального крушения традиционной тоталитарной идеологии в стране и судорожных, но тщетных поисков ее замены. Дискриминированная, загнанная в подполье в предыдущие годы Православная церковь начала расправлять крылья. Правительственные чиновники и руководители государства все чаще и чаще стали появляться на богослужениях. Держа в руках свечи и неумело осеняя себя крестным знаменем, бывшие члены ЦК КПСС, секретари обкомов и высокие чиновники от тоталитаризма, как бы протягивали каноническую нить между государством и отделенной от него Церковью, приглашая ее вновь к союзу с государством и тем самым отдавая в ее руки идеологические преимущества. В благостных службах во вновь отремонтированных и отреставрированных храмах, в пламени свечей и звуках песнопений произошло явление исторического значения, пока еще осознанное немногими. Как бы незаметно и призрачно, по скрытным рекам человеческого духа перетекла религиозная идеология тоталитарного государства под золотые купола православия. И такой при этом цветок вспыхнул и разгорелся, что глазам стало больно...
Церковь, принявшая эстафету от идеологической "церкви" неизбежно, следуя традициям тоталитарного мышления, обратила свой взор туда, где что-то мешало спокойствию ее отцов. Поощряемые власть предержащими последние стали изучать духовное поле, оставшееся им в наследство от идеологического отдела ЦК КПСС, и наткнулись на таившую для них опасность - Живую Этику и широкое рериховское движение. Прекрасно понимая, что и то и другое не есть осколок бывшей идеологии, а является чем-то новым и враждебным этой идеологии, отцы стали корчевать нежелательное явление, стараясь выбросить его, подобно сорняку, с этого духовного поля. Методы борьбы были теми же, которые практиковали их предшественники - клевета, ложь, шельмование.
