Работы этих философов были самобытны, в них отсутствовало традиционное подражание западным школам, в центр своих исследований они выдвинули человека, особенности его духа, эволюционную его судьбу и роль Высшего во всем этом. Старое мышление, старые подходы уже не могли ответить на многие вопросы, которые ставили перед Россией и миром события космического масштаба. Философы Серебряного века ощущали это со всей остротой, над ними уже неслись космические ветры Духовной революции. Русские мыслители ставили перед собой задачу необходимости "перейти в иное идейное измерение".[8] Это "идейное измерение" было связано с иным подходом к проблемам духа, материи, Космоса.
"Углубленное сознание, — писал Н.А.Бердяев, — должно прийти к идее космической общественности, размыкающей и вступающей в единение с мировым целым, с мировыми энергиями".[9]
Наряду с новой философией в России формировалась и новая научная мысль, тесно связанная с научным "взрывом" 20-х годов, который был также неотъемлемой частью Духовной революции. "Взрыв" разрушил старые представления, начался процесс пересмотра ценностей и создания новой модели Вселенной, которая никак не отвечала прежним методологическим взглядам. Наиболее талантливые и интуитивно развитые русские ученые, такие как В.И.Вернадский, К.Э.Циолковский, А.Л.Чижевский, В.М.Бехтерев и др., пробиваясь сквозь новую, еще неведомую информацию, нащупывали первые вехи грядущего энергетического мировоззрения. Они понимали, что единство человека, планеты, Вселенной, о котором знали еще в древности, есть энергетическое единство. В те годы В.И.Вернадский уже писал о необходимости новой науки "более современной, чем современная, более терпимой к новым идеям и новым завоеваниям человеческого гения".[10] Вернадский и те ученые, которые шли в едином русле научной мысли с ним, смотрели по иному на научную методологию, расширяли ее рамки до осознания реальности космической Беспредельности. "Научно понять — значит, установить явление в рамки научной реальности Космоса",[11] — утверждал Вернадский. Человек переставал быть лишь биологическим объектом, он становился космической сущностью, несущей в себе всю сложность энергетики Вселенной. Пугая ортодоксальных материалистов, К.Э.Циолковский писал и говорил об одухотворенном Космосе, о разумных силах в нем, о необоримой воле Вселенной, о иерархии высоко развитых существ. Он утверждал, что материя будущего человечества, пройдя через многие ступени космической эволюции, обретет качества лучистой энергии. "Воля человека, — отмечал ученый, — и всяких других существ — высших и низших — есть только проявление воли вселенной. Голос человека, его мысли, открытия, понятия истины и заблуждения есть только голос вселенной".[12] Циолковский как бы слушал эту Вселенную и нес долетавшие до него знания людям своего века.
