Таким образом, этика К.Э.Циолковского, о чём неоднократно говорилось выше, не научная, а метафизическая система. Применение термина «научная» стало возможным лишь потому, что К.Э.Циолковский не проводит различия между наукой и метафизикой. Но метафизика – это не наука (не физика!), и метафизические идеи нельзя рассматривать как нечто однопорядковое с научным знанием. Космичность – лишь одна из характеристик этики К.Э.Циолковского, более существенной чертой которой является её принципиальный неоантропоцетризм. Космизм, как уже отмечалось, включает множество довольно различных концепций. Это в полной мере относится и к его этическим аспектам. Этика Н.Ф.Фёдорова космична, этика Н.К. и Е.И.Рерихов космична. Космична и этика К.Э.Циолковского, но в совершенно ином смысле, чем эти этические системы.
Нормативный характер этики К.Э.Циолковского. Этика К.Э.Циолковского – жёстко нормативная система, т.е. совокупность предписаний, как должны поступать разумные существа, включая человека, и как они поступать не должны. Примеры подобных предписаний были приведены выше.
Этика Циолковского как абсолютная система. Поскольку этические нормы, согласно К.Э.Циолковскому, извлекаются из Вселенной, его этика носит абсолютный характер и одинакова для всех ступеней ноокосмической иерархии – человека до «высших существ», будь то даже сверхмогучий «президент» эфирного острова. Императив истинного себялюбия в его метафизической интерпретации должен одинаково целенаправлять деятельность всех разумных существ космоса, и человеческих, и надчеловеческих: «Нельзя отрицать, что совершенное сильнее несовершенного и поэтому, побуждаемое истинным эгоизмом, ликвидирует всё несовершенное и страдальческое. Самозарождение же будет допускаться очень редко для обновления и пополнения регрессирующей высшей жизни. Такова может быть мученическая и почётная роль Земли»[4]. Цитированный текст ясно показывает, что «истинное себялюбие» рассматривается К.Э.Циолковским в качестве универсального, т.е. абсолютного, этического требования. Но освоение этих абсолютных норм этики происходит постепенно, по мере изучения Вселенной, постижения её «начал». Иначе решает эту проблему Л.В.Лесков, который не видит в этике К.Э.Циолковского каких-либо универсальных, абсолютных смыслов, рассматривая её как эволюционную. Согласно интерпретации Л.В.Лескова, этические императивы в рамках космической философии существенно различны для человека и высших существ. По мнению автора, Л.В.Лесков не различает само содержание космической этики, её фундаментальные смыслы и уровень их постижения в ходе эволюции разума. Из текстов К.Э.Циолковского ясно вытекает, что никаких принципиальных различий этических идеалов, норм и принципов для различных проявлений космического разума К.Э.Циолковский не признавал. И это вполне понятно: «Начало Вселенной все цивилизации раскрывают одинаково, все цивилизации находятся между собою в контакте, цели у них общие. Вот почему не может быть никаких существенных различий в этических императивах, которые для всех универсальны и неизменны».
