В снежные бураны, когда ветер срывал крыши с бараков и гасил электрический свет, многим грезились призраки и детский плач...
Обреченность и безысходность судьбы сковывали мою душу отчаянием и туманили рассудок. И кто знает, чем бы это все закончилось, если бы рядом не было Эльзы Швалбе...
Уравновешенная, немногословная, с прямой горделивой осанкой, она даже в бушлате, с туго заплетенной вокруг головы косой и спокойным проницательным взглядом серо-голубых глаз выделялась из понурой серой толпы заключенных... Выслушивая меня, она не говорила утешительных слов, не жалела меня. Она беседовала со мной о кармическом законе, об испытаниях, посланных людям для самоусовершенствования, о том, что наши действия и мысли фиксируются в пространстве, что они обладают силой притягивать к себе родственные эмоции – плохие и хорошие... И что за одну короткую жизнь на земле человек при сильном и осмысленном желании может побороть в себе один-два и редко три своих недостатка... "Кстати, тебе необходимо бороться со страхом и чувством одиночества – добавила она строго. - И будешь еще благодарить судьбу за такие испытания. Без них тебе не стать писательницей..." Тогда мне трудно было поверить в эту жестокую истину. И я долго ни о чем не расспрашивала Эльзу Карловну, пока она сама в минуту откровения не рассказала о своих нелегких переживаниях.
Незадолго до ареста Швалбе из отцовского имения "Пучерга" Валмиерского округа вывезли в Амурскую область на поселение ее старушку мать на костылях, старшую сестру с мужем и дочерью. Младшая дочь сестры девятилетняя Рита находилась в это время в Валмиерской больнице после операции. И, как родители девочки ни просили конвой разрешить навестить ее по пути, им не позволили этого сделать. Так и уехали, не зная исхода операции... "Неслыханная жестокость", подумала я...
- Узнав о случившемся, я забрала племянницу к себе в Ригу - продолжала рассказ Эльза Карловна, – но ненадолго. Вскоре арестовали и меня. А Риту родственники мужа определили в детский дом. Там она и по сей день... Девочка способная – хорошо учится...
Через письма Эльзы в Ригу моя мать познакомилась с ее свекровью – Марго Карловной Матвеевой. Они подружились. Когда же конфисковали квартиру скульптора с мастерской на ул. Стабу 14, Эльза Карловна прислала моей матери доверенность на получение ее мебели...
В 1953 году Швалбе пришло письмо из Амурской области с печальной вестью. Сестра Маргарита сообщала, что в доме для престарелых умерли мать... и муж... А старшая дочь Ингрида вышла замуж и ждет ребенка. Поговаривают, что скоро отпустят домой... - А где теперь их дом? - заволновалась Эльза Карловна и строго отнеслась к тому, что "будет ребенок..."
С приходом весны в лагере началась дизентерия. Одной из первых заболела Эльза Швалбе... К этому времени я закончила курсы медсестер и отправилась работать в дизентерийный изолятор... Дежуря по ночам, писала свой "Дневник на подкладке бушлата".
