Номера журнала
Анонс
 
Защитите имён выдающихся деятелей
Читайте также
 
Шапошникова Л.В.
Тернистый путь красоты
Ясько Г.Ю.
Явление России
Старовойтова О.
Она стоит подобно судьбе
Черноземова Елена Николаевна
Доктор филологических наук, профессор МПГУ

Пушкинское слово

Интереснейшие рассуждения, звучащие как нельзя более современно, о том, чем собственно занят поэт, ищущий нужное слово, содержатся в докладе А.А.Блока «О назначении поэта», прочитанном им 11 февраля 1921 года в Петроградском доме литераторов на вечере, посвященном 84-ой годовщине со дня гибели поэта, — докладе, известном более всего выражениями «веселое имя Пушкин» и «легкое имя Пушкин». Известно, что решившись на выступление, Блок «не готовился, не работал, — а именно творил, как бы отойдя от всего, что творилось вокруг, в трепетном возбуждении собирая мысли и чувства». Выступление было встречено публикой с волнением, вызвало аплодисменты и долгие разговоры. В том же году текст доклада был впервые опубликован в «Вестнике литературы» № 3.[7] Прежде всего, Блок утверждает, что «дело поэта — внутреннее — культура». В самом деле, какое внешнее вмешательство может вторгнуться в те скрытые процессы, которые и являют собою творчество? Помимо воли поэта, пожалуй, никакое. И отсюда еще одно принципиальное определение: «Поэт — величина неизменная». Действительно, трактовок творчества поэта может быть множество. Вряд ли иссякаем поток отзывов и точек зрения на него. Но сам свод написанного остается оселком, по отношению к которому проявляет себя любой комментатор и критик, обнаруживая круг своих интересов, увлечений, предпочтений и широты взглядов.

Назначение поэта, по мнению Блока, приводить мир в порядок, освобождая звуки из хаоса, организуя их в гармонию и даря внешнему миру.[8]

Параллельно тому, как создавалась «Новая модель Вселенной» П.Д.Успенским, тому, как П.Флоренский вырабатывал теорию имени, и тому, как возникало учение о «Мистицизме звука» Хазрата Иняйят Хана (1882-1927), сотрудничество которого со Скрябиным синтезировало подходы Запада и Востока к проблеме звука и было направлено на преобразование мира, А.Блок вырабатывал свою позицию: «Похищенные у стихии и приведенные в гармонию звуки, внесенные в мир, сами начинают творить свое дело. «Слова поэта суть уже его дела» (Пушкин). Они проявляют неожиданное могущество: они испытывают человеческие сердца и производят какой-то отбор в грудах человеческого шлака; может быть, они собирают какие-то части старой породы, носящей название «человек»; части, годные для создания новых пород; ибо старая, по-видимому, быстро идет на убыль, вырождается и умирает. Нельзя сопротивляться могуществу гармонии, внесенной в мир поэтом; борьба с нею превышает и личные и соединенные человеческие силы. «Когда бы все так чувствовали силу гармонии!» — томится одинокий Сальери.[9] Но ее чувствуют все, только смертные — иначе, чем бог — Моцарт. От знака, которым поэзия отмечает на лету, от имени, которое она дает, когда это нужно, — никто не может уклониться, так же, как от смерти. Это имя дается безошибочно (...) На бездонных глубинах духа, где человек перестает быть человеком, на глубинах, недоступных для государства и общества, созданных цивилизацией, — катятся звуковые волны, подобные волнам эфира, объемлющим вселенную; там идут ритмические колебания, подобные процессам, образующим горы, ветры, морские течения, растительный и животный мир. Первое дело, которого требует от поэта его служение, — бросить «заботы суетного света» для того, чтобы поднять внешние покровы, чтобы открыть глубину. Это требование выводит поэта из ряда «детей ничтожных мира».

«Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных волн,
В широкошумные долины»[10]

Дикий, суровый, полный смятения, потому, что вскрытие духовной глубины так же трудно, как акт рождения. К морю и в лес, потому, что только там можно в одиночестве собрать все силы и приобщиться к «родимому хаосу»,[11] к безначальной стихии, катящей звуковые волны».[12] Таким образом, поэт улавливает изначально существующие ритмы. Его слово, подобно слову Творца, способно, если не творить, то менять, преобразовывать мир.

Опираясь на внутреннее чувство, поэт совершает отбор и из огромного и разнообразного мира духовной культуры. Для того, чтобы уловить своеобразие той или иной культуры, особенности национального взгляда на мир, выделяют так называемые ключевые слова — «наиболее важные для культуры понятия, традируемые из языка в язык, образуют семантические гнезда, нередко сложносоставные и пересекающиеся с иными, родственными».[13] К их числу относятся такие понятия как природа, логос, эйдос, идеа, и в полной мере может быть причислено понятие человеческого достоинства, обретающее разное наполнение в различные эпохи. Определение человеком своего места в жизни и размышления о том, что значит быть человеком достойным, стало одним из скрытых обобщающих сюжетов, позволяющих оттенить своеобразие жанровой формы или модификаций конкретного произведения, то есть одним из «магистральных сюжетов» мировой литературы.

  • [1] Магистральный сюжет — термин, предложенный Л.Е.Пинским в отношении внутреннего единства шекспировских произведений. Под магистральным сюжетом Л.Е.Пинский понимал «единое и характерное в действии и персонажах всех образцов жанра, то внутренне родственное в этих образцах, в чем обнаруживается концепция жанра у их творца, у художника». Вслед за Л.Е.Пинским термин стали употреблять расширительно, понимая под магистральным сюжетом темы, развивающиеся от одной пьесы к другой. Переходящие, развивающиеся от произведения к произведению, от автора к автору темы представляется возможным проследить и в мировой литературе. Вычленяются следующие сквозные магистральные сюжеты:

    • поиски Человеком граней между Добром и Злом (желание разобраться в том, что есть Зло и что есть Добро);
    • поиски способов борьбы со Злом (решение проблемы, как, сражаясь со Злом, не быть в него втянутым);
    • испытание Человека Властью;
    • испытание Человека Любовью;
    • испытание Человека Знанием.
    Пинский Л.Е. Шекспир: Основные начала драматургии. — М., 1971. Пинский Л.Е.Магистральный сюжет. — М., 1989. Черноземова Е.Н. Система жанров английской драматургии 80-90 годов XVI века. — М., 1995.
  • [2] Михайлов А.В. Литература и философия языка / Подготовка текста Н.Плотникова // Логос: Философско-литературный журнал. — 1996. № 8., С. 52-68.
  • [3] Не знаю, есть ли идеологи у современной компьютерной программы Word — что и означает Слово, которая пытается вобрать в себя, перевести на свой язык все человеческое Знание. Это попытка создать информационный центр под стать строительству Вавилонской башни, замысел которой был основан на желании сравняться с Богом. Но за пределами столь преуспевающего замысла оказываются огромные территории России. В прошлом году, когда была получена финансовая поддержка Сороса для подключения к сети Internet Научно-культурного центра заповедника Михайловское, оказалось, что нужной для подключения линии нет даже в Пскове. В России носителями уникальной информации, неповторимого Знания о жизни и ее существе по-прежнему остаются люди. Говоря на языке компьюторщиков, каждый из людей — отдельный информационный файл (file, англ. — подшивка документов).
  • [4] Маковский М.М. Язык — Миф — Культура: Символы жизни и жизнь символов. М., 1996. С. 282-284.
  • [5] Там же.
  • [6] Михайлов А.В. Литература и философия языка.
  • [7] Русская критика о Пушкине: Избранные статьи. Комментарии / Сост. А.М.Гуревич. М., 1998. С. 286.
  • [8] Отметим, что М.М.Маковский обращает внимание на сходное звучание английских слов word (слово) и sword (меч), связывая такое сходство с традицией заговаривать оружие и отмечая далее сходство в звучании готского слова hairus (меч) и индоевропейского корня ker — (издавать звуки), что еще раз подчеркивает мысль о высказанности, озвученности слова.
  • [9] А.М.Гуревич в комментариях к тексту указывает на ошибку Блока. Эти слова произносит во второй сцене «Моцарта и Сальери» Моцарт. Комментарии // Русская критика о Пушкине: Избранные статьи. Комментарии / Сост. А.М.Гуревич. М., 1998. С. 287.
  • [10] Цитата из стихотворения Пушкина «Поэт» (1827).
  • [11] Словосочетание из стихотворения Тютчева «О чем ты воешь, ветр ночной?..» (1835).
  • [12] Цит. по: Блок А. О назначении поэта // Русская критика о Пушкине: Избранные статьи. Комментарии / Сост. А.М.Гуревич. М., 1998. С. 201-202.
  • [13] Михайлов А.В. Литература и философия языка.
  • [14] Данте Алигьери. Божественная комедия / Пер. М. Лозинского — М., 1992. С. 17.
  • [15] Лозинский М. Комментарии // Данте Алигьери. Божественная комедия / Пер. М. Лозинского — М., 1992. С. 516.
  • [16] Пико делла Мирандола. Речь о достоинстве человека. Комментарий к канцоне о любви Джироламо Бенивьени // Эстетика Ренессанса. — В 2-х т. - М., 1981. Т. 1., С. 243-404.
  • [17] Пушкин А.С. О поэзии классической и драматической, черновик 1825 года // Пушкин А. Собр. соч. Золотой том. — М., 1993. С.719.
  • [18] О ничтожестве литературы русской» // Пушкин А. Собр. соч. Золотой том. — М., 1993. С. 747.
  • [19] П.В.Анненский // Пушкин. Материалы для его биографии и оценки произведений. — Изд. 2., 1873. С. 278
 
Версия для печати

Актуальные конкурсы на портале Музеи России
Лента предоставлена порталом Музеи России
Матариалы и пожелания направляйте по адресу news@museum.ru