День третий: Пушкинский дом на Мойке, рассказ о принципах организации Царскосельского лицея пушкинской поры, ставившего себе задачей воспитать граждан свободного общества, деятелей нового времени. Насколько актуально для нас звучит программа, разработанная М.М.Сперанским почти 200 лет назад! В основе ее — понимание единства мира, познание всех граней его: от изящной словесности и языков, до рисования, фехтования, верховой езды, физики, химии, астрономии; причем все теоретические курсы обязательно заканчивались прикладными.
Во второй половине дня — паломничество по местам, связанным с жизнью и деятельностью семьи Рерихов в Санкт-Петербурге. Шесть с половиной часов водил свою группу по рериховским местам председатель РОО "Знамя Культуры" О.Н.Леглаков.
День четвертый: поездка в музей-усадьбу Н.К.Рериха "Извара", встреча с учителями средних школ Волосовского района, сотрудничающих с музеем.
День пятый: экскурсии по городу, в Петродворец и в Пушкин; на прощанье — круглый стол.
Пять дней, насыщенных до предела встречами, общением с коллегами-педагогами и сотрудниками музеев северо-западного региона страны. Каждый день заканчивался маленьким концертом. Прекрасная музыка помогала усвоить пищу духовную. Музейная педагогика на базе отечественной и мировой художественной культуры, арт-педагогика, использование культурного наследия А.С.Пушкина, Н.К.Рериха в воспитании детей — все это открылось с новой, высоко профессиональной и духовной стороны. О своих находках и маленьких секретах без утайки рассказывали люди большого сердца. За чисто символическую плату они отдавали свои методики, планы уроков и наглядные пособия — все то, что собирается годами по крупицам и без чего не состоится урок Красоты. Их самоотверженная отдача и бескорыстие лучше всяких слов говорят о неисчерпаемости российского потенциала.
Сегодняшний Санкт-Петербург вообще поразил не только своим интеллектуальным уровнем, но и духовным благородством. Видимо, неслучайно приставка "Святой" вошла в название города. Это подтверждает даже внешний вид города: середина августа, идет ремонт мостовых, асфальт срыт на полметра вглубь; вдоль набережных — прекрасные когда-то здания похожи на обедневших аристократов, окна покрыты паутиной решеток и пылью, местами закрыты щитами или пленкой, лишь кое-где сверкают зеркальные стекла. Мраморные скульптуры в Летнем Саду как-то посерели. Фонтанка, Мойка, Канал Грибоедова — в водорослях. Грустная картина, не так ли? Но по той же Фонтанке то и дело проносятся катера, полные экскурсантов. На улицах и во дворах чисто. Горожане — далеко не "новые русские", одетые скромно и со вкусом, тихо-мирно заняты своими делами, доброжелательно отвечают на вопросы. В пруду Летнего Сада скользит пара белых лебедей, а в Фонтанке ныряют две утки — не бросают нас все же братья меньшие. Они верят, что еще не конец. А может быть, чувствуют начало нового ?
