Прошло несколько лет, настало время духовной свободы, и никому, по счастью, в голову больше не приходит отправлять людей в тюрьмы только за то, что они верят в Бога, Высший Разум или во что-то еще. Издательство "Виеда" напечатало "Основы миропонимания Новой Эпохи" в трех томах стотысячным тиражом, и их как ветром сдуло. Сделали допечатку, перевели на латышский – результат тот же. И все чаще благодарные рериховцы государств бывшего Союза на различных конференциях задают рижанам вопрос: "Скажите, каким был этот человек в жизни, как он подошел к Живой Этике, когда родился и умер, где похоронен?". Отвечать нам, увы, было нечего.
В тот благословенный зимний вечер меня вдруг осенило:
- Ольга Александровна, а у вас, случайно, нет фотографии Клизовского?
- Есть, – сказала она и достала старый альбом. – Вот. Александр Иванович – пятый слева во втором ряду. Рядом слева – Гаральд Феликсович Лукин, а перед Клизовским – Рихард Яковлевич Рудзитис. Тут же, за столом, первая слева сидит Екатерина Яковлевна Драудзинь... – Она продолжала называть по именам тех членов старого общества, которых хорошо помнила.
А что если дать ее в газету?
- Да полвека с войны прошло. Вряд ли кто-либо из его современников остался жив... – засомневалась она.
- Ну, а вдруг?
На том и порешили, прекрасно сознавая, что шансы на успех близки к нулю. И 25 января 1994 г. упомянутая фотография появилась на газетной полосе. Наверное, для того, чтобы судьбе было угодно явить чудо...
Первой откликнулась госпожа Шичко: "Мой отец, Максимилиан Новицкий, был близким другом Александра Ивановича..." Потом позвонила госпожа Рейзниеце: "Мы с братом детьми играли с дочкой Клизовского, Ирой..." А вслед за ней госпожа Цимберг: "Наша семья жила в его доме, и мама помнила, как хозяина забрали работники КГБ...".
И чуть позже – госпожа Наркевич, которая и сегодня все еще живет в этом доме: "Я разыскивала Иру Клизовскую после войны, писала в Красный Крест Германии, куда они уехали с матерью, но безрезультатно..."
Потом были письма читателей, многочисленные беседы с разными людьми, на основе которых велись поиски. Например, в одной из них промелькнула информация, что дом Клизовского проектировал архитектор, по проекту которого построен кинотеатр в Пардаугаве "Гранд палас". В кругу единомышленников мы обсуждали все детали, за которые, как за ниточку, можно было бы ухватиться. К сожалению, особенно похвастаться оказалось нечем – время на всем оставило свой разрушительный след. Поэтому самым большим подарком оказалось сообщение писателя Юрия Ивановича Абызова, по крупицам собирающего сведения о судьбах русской интеллигенции в Латвии. "В прокуратуре республики хранится дело, заведенное на Александра Ивановича Клизовского, – сказал он. – Я держал его в руках пару месяцев назад".
Дальнейшее было уже вопросом времени. И сегодня, ксерокопии документов полувековой давности займут свое место в музее. А мы услышим историю жизни Александра Ивановича Клизовского, рассказанную большей частью им самим.
