Но не только в эссе, а даже в простых рассказах, рассчитанных на самый широкий круг читателей, писатель слегка касается и очень гармонично вплетает в тему насущнейшие вопросы современного мира, связанные с духовно-нравственным ростом человечества; возвеличивает силу любви и радости. Любовь для Хейдока - всеобъемлющая Космическая Сила, а Источник этой Силы есть вечная Тайна.
В Начале, когда не было еще ни Солнца, ни Луны, ни неба, ни земли и вся Вселенная покоилась ещё в лоне Единого Абсолютного Того, что есть Тайна Тайн, не было ни духа, ни материи. Другими словами - ни мужского, ни женского - они были еще раз слиты воедино в Том состоянии неописуемого блаженства, о котором мы не должны говорить (потому что ум наш не способен понять эту Тайну, и любая попытка приводит лишь к умалению). Но, как пишет Альфред Петрович в эссе "Любовь":
"По незыблемому Закону вечности настаёт час нового проявления Вселенной: Единое разделяется на два - на Мужское и Женское Начала, или на Дух и Материю, и в процессе этого разделения между названными двумя мгновенно возникает третье лицо этой величайшей троицы - Сила притяжения, величайший Магнит, который теперь на протяжении времени существования новой Вселенной (которую он сам же будет строить) неотразимо будет влечь обе обособленные части к слиянию, чтобы вновь обрести то великое блаженство, которое они утеряли..."
Эта Сила и Магнит есть Любовь. И "Любовь есть Бог, и Бог есть Любовь", - продолжает Хейдок.
В наше время массового поругания всего священного, в наше время, о котором не надо рассказывать вам, когда даже произносить слово Любовь как-то стыдно, писатель смело и решительно взялся очищать это высшее понятие от всех самоедских наслоений человечества. И не только своими произведениями, не только на словах, но и действиями каждого дня, в обычной "серой" жизни смог он достойно пронести чашу Любви. Достойно, именно как истинный теософ и ученик Рериха. Он следовал словам нашей великой современной Теософии:
"Тот, кто не проявляет альтруизма в своей жизни; кто не готов разделить последний кусок хлеба с более слабым и бедным, чем он; кто не даёт помощи своему брату по человечеству, к какой бы он не принадлежал расе, нации или верованию и где бы и когда бы ему не встретилось человеческое страдание; тот, кто остаётся глух к крику человеческого бедствия; тот, кто слышит клевету, произнесённую на невинного человека, будь ли он теософ или посторонний, и не спешит защитить его как самого себя - тот не Теософ". (Е.П.Блаватская, "Теософист", ноябрь 1887).
Давайте вспомним основные жизненные вехи писателя.
Родился в Латвии в 1892 году. Сын владельца мастерской по ремонту сельхозоборудования.
В сентябре 1989 года в автобиографической заметке он писал:
"Как живы и прочны детские воспоминания! Мне скоро сто лет, но я по-прежнему помню во всех деталях бревенчатый домик с пристроенной к нему кузницей. Лес, скрывающий какую-то волнующую и притягательную для меня тайну... Лес, который моя фантазия населяла всеми персонажами прочитанных сказок. - Обратите внимание, с какой теплотой Хейдок пишет дальше о матери и отце. - Хозяйством, в котором имелись лошадь, несколько овец, корова и прочая живность, управляла моя мать, изумительная женщина, о которой я всегда вспоминаю с благоговением. Ласковая, добрая, с раннего утра до позднего вечера всегда в движении, в труде. С руками в мозолях и трещинах, она не огрубела от тяжёлой работы, но сохранила светлую устремлённость ко благу и красоте. Каждую весну она находила силы и время, чтобы насажать большие клумбы цветов. Она любила природу, любила животных.
