«У Рериха совсем не важно, что отображено внешне, у него абсолютно важно, что внутри, в духовной сути. Смотреть на Рериха так же не стоит внешне. Для меня это совсем не важно. Смотреть надобно внутренне. И тогда мы открываем высоту духа человека и сами устремляемся вслед за ним по этому пути...» Такую запись оставил в «Книге отзывов» на выставке «Держава Рериха» отец Антоний Сибаров, священник Никольской церкви города Абакана.
В центре Республики Хакасия, в городском выставочном зале «Жарки» прошла эта выставка, которая включала в себя репродукции картин Николая Константиновича Рериха, прижизненные издания его произведений, подлинные «Листы дневника», литературу и стенды, рассказывающие о жизни и творчестве нашего великого соотечественника. Она была организована по инициативе членов Хакасского республиканского Рериховского общества, сопровождалась большой культурно-просветительной программой.
Широкое развитие Рериховского движения в стране не обошло стороной и Хакасию, край, который непосредственно примыкает к горному Алтаю. Как сказала на открытии выставки Валентина Николаевна Тугужекова, директор Хакасского научно-исследовательского института языка, литературы и истории: «Эта выставка – яркое событие для всей республики».
Многие ученые Хакасии (например, В.Я.Бутанаев, В.Е.Майнагашева, В.Н.Тугуженкова) черпают плодотворные идеи из сокровищницы творческого наследия семьи Рерихов. По мнению В.Е.Майнагашевой, «фольклор всех народов невозможно изучать без знания «Агни Йоги» и древних восточных философских систем».
В Хакасии проживали два участника последней, так называемой Маньчжуро-Монгольской (1934-1935гг.) экспедиции Н.К.Рериха. Анатолий Андреевич Костин – в Абазе, где и сейчас живет его дочь Татьяна Анатольевна (она присутствовала на открытии выставки). Николай Васильевич Грамматчиков много лет работал на шахте в Черногорске.
«Первый раз я встретился с Рерихами в нашей квартире, когда они приехали познакомиться с моим отцом. Вдруг сообщают, что у нас в гостях Рерихи. Мы с моим другом Александром Моисеевым много были наслышаны о Николае Константиновиче, кое-что читали. Нас представили. Николай Константинович подал мне руку, и я обратил внимание на какой-то особенно спокойный. проникновенный его взгляд.
Мы с Моисеевым, зная о том, кто сидит с нами, первое время чувствовали себя несколько стесненно, но вскоре от неловкости не осталось и следа. Мы задавали вопросы, которых у нас оказалось множество.
Зашел разговор о живописи, появились репродукции с картин Н. К. Когда Рерихи от нас уезжали, то никакого стеснения не осталось. Эти два знаменитых человека и в разговоре, и в обращении были настолько просты и в то же время как-то особо благожелательны, что мне, помню, стало казаться: мы знакомы уже не несколько часов, а намного больше».
